Архив. Интервью с Аланом Уайлдером (Recoil / ex- Depeche Mode)

В рубрике "Архив" мы публикуем наши беседы с выдающимися деятелями  современной музыки. Эти интервью актуальны и сегодня, как и то, что продолжают делать их герои. 


Интервью Владимира Сиваша с колоссом саунд-разработок 80-90-00-х Аланом Уайлдером от мая 2007 года (поэтому достаточно вопросов здесь касается альбома Уайлдера/Recoil того года subHuman). Части данного материала изначально были напечатаны в журналах «Playboy Ukraine» и «Афиша» (Киев) весной-летом 2007-го.



Серый кардинал, технический новатор и Музыкальный Директор классического состава Depeche Mode, фактический создатель их особенного саунда Алан Уайлдер после долгого перерыва издает новый диск своего теперь главного – с момента ухода из DM – проекта Recoil. В преддверии июльского выхода альбома subHuman в первых числах мая мы задали Алану несколько вопросов. Отметим, что отельные темы (но не все!), касающиеся Depeche Mode, Уайлдер попросту исключил корректным «без комментариев».


Ты потратил много времени для того, чтобы сделать апгрейд своего студийного оборудования перед записью subHuman. Для тебя так принципиально, чтобы оно соответствовало всем технологическим инновациям? Разве это так уж существенно влияет на звук? И невозможно реализовывать саунд-идеи на оборудовании конца 90-х, например?

АЛАН: Главное правило: если идея плоха, ее не скрасишь никакими приспособлениями и инновациями. Дело скорее в том, что я всерьез увлечен технической стороной вопроса, и всякие новейшие достижения во многом облегчают мне работу. Главное – не стать их рабом.


В случае с компьютерами и программами постоянная их модернизация просто необходима – иначе рано или поздно ты столкнешься с тем фактом, что ты реально отстал. Поэтому для меня последние пять лет, проведенные в студии, были временем грандиозных и неизбежных перемен, и периодически у меня создавалось ощущение, что я чаще не работаю, а пытаюсь догнать технический прогресс.


В случае Recoil альбом – это, безусловно, сложный, если не сказать монструозный организм. Ты его создаешь. А влияет ли он на тебя на протяжении процесса? Как?

АЛАН: Да, существует нечто подобное. В том смысле что, бывает, вещи проистекают сами по себе, я их не могу контролировать заранее.

Понимаешь, я не в состоянии планировать, как именно будет звучать конечный продукт (давно понял, что это неблагодарное дело). Пока я не нашел голос, вокруг которого будет строиться вся звуковая структура, я стараюсь даже не задумываться над итоговой картиной.

Как по мне – пусть оно лучше развивается само по себе, все равно периодически возникают какие-то факторы, которые вынуждают меня что-то корректировать. Ожиданием этих самых факторов, импульсов я как раз и живу.

Главное – записать вокал. Когда это сделано, все намного легче – в любой момент можно все поменять так, как тебе подсказывает сиюминутное настроение, а потом вдруг взять и вернуть все обратно. Здесь я уже не выпускаю нить из своих рук.



Уже на предыдущих твоих работах, в том числе Unsound Methods и Liquid, было очевидно влияние блюза и госпела. Теперь блюзовый певец Джо Ричардсон. Что заставляет тебя погружаться в эту музыку? Какие ты видишь связи между ней и твоим темным электронным продакшном?

АЛАН: Мне всегда нравились блюз и госпел. В 70-х, когда я открыл для себя глэм-рок, меня это просто захватывало. Мне всегда хотелось вернуться к истокам этих стилей, и когда я садился за фортепиано, часто вместо необходимых гамм и арпеджио я пытался наиграть какие-то блюзовые отрывки.

Думаю, что некая неотъемлемая грусть, которая присуща данному стилю, перекликается с моим складом характера. Вполне естественно, что на холст Recoil эта грусть прямо-таки просится, она придает музыке более глубокое настроение.



Что представляет из себя ‘ambient reworking of the entire album’ на коллекционном DVD к выходящему диску? Что это за идея?

АЛАН: Когда мы работали над версией subHuman в формате 5.1 Surround Sound, я как-то решил проверить только пару задних динамиков (the back speakers). Нам с Полом Кендалом (известный продюсер и давний коллега-коллаборатор Алана, а также Depeche Mode – прим. ред.) и Саймоном Хейвортом (студийный инженер-монстр, один из ответственных, например, за недавний ремастеринг всех альбомов DM – прим. ред.) понравилось, как развивается реверберация, как звучат множественные скрытые элементы треков.

Я вдруг подумал, что было бы хорошо сделать версию всего альбома, основанную на выделении именно этих «задних» элементов. Также полагаю, что огромному количеству фэнов будет интересно услышать музыку с этой стороны – так они смогут как бы заглянуть внутрь процесса создания музыки, поскольку самые неожиданные элементы в данном варианте слышны лучше.


Когда-то давно, будучи в составе Depeche Mode, ты говорил (кажется в комментариях к Construction Time Again), что важно за всеми студийными наворотами, эффектами, наложениями не потерять фокус, саму песню. В случае с DM это понятно, но Recoil – другое дело. Что ты скажешь сегодня на этот счет?

АЛАН: Мое мнение ничуть не изменилось. Как я говорил выше, плохую идею трудно чем-то скрасить, как-то скрыть. В базе песни должно быть что-то непоколебимое, сильное. Все остальные элементы служат этому «фундаменту» и, по сути, нужны они только для того, чтобы это базовое «что-то» смотрелось еще выигрышнее.


Кстати, о Depeche Mode. Когда в прошлом году ты занимался ремастерингом бэк-каталога DM для переиздания альбомов в новом формате, были ли у тебя соображения, в каком направлении ты бы двинул эти песни сегодня?

АЛАН: Да, я над этим задумывался. Я бы хотел слегка переделать Songs Of Faith And Devotion, потому что, как мне кажется, миксинг диска несовершенен. Из этих песен можно «выжать» намного больше. Но, увы, концепция Дэна Миллера (босса лейбла Mute – прим. ред.) строилась на том, чтобы просто перезаписать альбом – грубо говоря, мы просто должны были перевести в формат 5.1 оригинальный стерео-микс с сохранением соотношения всех дорожек и партий. Мне, в общем, не дали возможности поэкспериментировать.


Возвратимся к Recoil. Главное в твоей музыке атмосфера. Но откуда она возникает? Как ты ее нащупываешь? Что первично – поиск специфического саунда, мелодическая линия, идеи в аранжировке, ритмико-басовая часть? Другими словами, объясни процесс создания композиции Recoil?

АЛАН: Если бы я только мог это сделать! Каждый раз этот процесс – совершенно иной, совершенно новый. Обычно я жду какой-то искры, после которой начинается работа над песней. Этой искрой может быть что угодно – отрывочный луп, звук, чей-то голос или какая-то вибрация. Когда я это «поймал», я пытаюсь сконцентрироваться и понять, можно ли на этом импульсе построить песню. Чаще – нельзя. Но в редких случаях, основываясь на этой искре, я строю структуру будущей композиции, привлекаю вокалиста, и так далее. Кстати, бывает так, что я использую сэмлп собственного голоса для того, чтобы вдохновить певца.



Судя по заявлениям относительно названия диска subHuman, ты ныне серьезно озабочен тем, что происходит в мире. Какие конкретно социальные вопросы тебя затрагивают?

Как по мне, в целом человеческая сущность довольно угнетающая и тягостная, слишком много энергии тратится на то, чтобы получить что-то от другого человека. Это повсеместно – и в противоборстве классов, и в непримиримости религий, рас и так далее. Я не делаю анализ того, что происходит именно сейчас – это происходило, происходит, и будет происходить, это бесконечная цикличная борьба, на разных уровнях. Может, иногда нам все же следует рассматривать себя проще, как элементарную, способную к многократному использованию форму жизни?


Обращаются ли к тебе в последнее время с просьбами выполнить ремикс? Кого бы ты хотел видеть, исходя из личных предпочтений, в качестве ремкисеров песен с subHuman?

АЛАН: Да, просят, но я крайне редко берусь за это. Опять же - трудно представить, кто мог бы сделать ремикс для Recoil – может, Брайан Ино, как думаете?


Какой на сегодня баланс для Алана Уайлдера между живым и электронным звуком?

АЛАН: Чистого электронного звука практически не осталось. Большинство саунда, собственно ткань композиций – это фрагменты живых партий, которые я режу, препарирую различным образом и затем использую (например, в качестве лупов).



Когда Дейв Гаан (фронтмен Depeche Mode – прим. ред.) выступал соло в Киеве, на вопрос о тебе и твоей работе, он сказал, что ты «погружен в очень синематографическую музыку». Какое кино могли бы озвучивать твои композиции?

АЛАН: Сложно сказать – моя музыка все-таки специфическая. Что бы я мог представить? Ну, предположим, «Космическую Одиссею» и «Заводной апельсин» Стэнли Кубрика, «Голубой бархат» Дэвида Линча, «Фарго» братьев Коэнов, «Ребенок Розмари» Романа Полански, «Оправданная жестокость» Девида Кроненберга, «Рассекая волны» Ларса Фон Триера.

Еще интересно было бы попробовать, скажем, «Трудности перевода» Софии Копполы или «Крестный отец» Френсиса Форда Копполы. Любопытно, какой бы угол у картин получился.


Многие отмечают, что твоя музыка очень мужская. Для женщин она слишком хмурая и сложная. Что ты думаешь по этому поводу?

АЛАН: Ох… От этого вопроса пахнет женофобией. У меня будут неприятности, если я соглашусь – слава богу, я не согласен. Я знаю столько серьезных женщин! И они все такие сложные. Разве не так?


Кстати, какое участие в подготовке нового альбома принимала твоя супруга? Насколько существенно для тебя ее мнение относительно материала? Можете вы говорить об этом, предположим, за ужином?

АЛАН: Ее мнение очень много значит. Она поддерживает меня, мы часто обсуждаем мою музыку. У нее всегда есть свой взгляд на каждый аспект проекта, и во многие сферы проекта она серьезно вовлечена. Не забывайте, она же тоже музыкант (бывшая участница группы Miranda Sex Garden – прим. ред.). На этом альбоме она к тому же и играла. Можем говорить о проекте и за ужином. Почему нет?


К слову, когда-то ты шутил – дайте мне хороший сэндвич, стакан водки и я буду доволен. Каковы твои кулинарные предпочтения сегодня?

АЛАН: Да я и сейчас не против хорошего сэндвича и стакана водки. Еще люблю суши, карри, итальянскую, французскую кухни. Ну и вино очень люблю.


А кто в Depeche Mode мог выпить больше всего пива? Хит-парад по убывающей, пожалуйста.

АЛАН: Я их всех мог перепить. Еще держался, когда они уже под столом были. Второй после меня, наверное, Мартин. Да точно - он ближе всех по этому показателю.



Мартин, вот, нынче диджеингом балуется. Как и Флетч. Что ты думаешь о диджеинге? Это творчество, серьезная деятельность или бонус к современной шоу-индустрии?

Как по мне - слишком много диджеев. Просто ставить песни – это каждому по плечу. Нет, возможно, в каких-то аспектах здесь есть свое искусство, но все же, я думаю, диджеем быть куда проще, чем музыкантом.


А мог бы ты, как твои бывшие коллеги, ради шутки попробовать сыграть диджей-сет? Что бы ты играл?

АЛАН: Ради веселья – да. Но не для широкой публики. Я в основном делаю это дома, во время домашних вечеринок. Да и то – чаще я все подготавливаю, записываю микс заранее, чтобы во время вечеринки была возможность выпить и пообщаться с друзьями.


Из альбомов Depeche Mode, в которых ты принимал участие, какой тебе нравится больше всего?

АЛАН: Безусловно, Songs Of Faith And Devotion.


И последний итоговый вопрос. Чем особенно ты можешь гордиться на диске subHuman? В чем тебе удалось продвинуться?

АЛАН: По сравнению с Liquid, это более утонченный деликатный, что ли, альбом. Менее экспериментальный, возможно, и более мелодичный. Я так рад, что закончил его! С каждый разом альбомы даются мне все сложнее, потому что я постоянно пытаюсь перепрыгнуть через собственную голову, улучшить все, что только можно улучшить. Я ставлю себе слишком высокую планку, иногда это является серьезным препятствием. Надеюсь, я его преодолел. Впрочем, это решать вам.


Интервью: Владимир Сиваш