Архив: Саша Грей, часть 2

Текст: Андрей Тараненко

часть 1: https://www.djburo.com/post/interview-sasha-grey-part-1



А.Т.: Что скажешь про Трэйси Лордс? Она ведь первая из порнозвезд стала сниматься в большом кино, да?


С.Г.: Это правда, она открыла дверь в большое кино для многих ее последователей и коллег по цеху, но параллельно с этим она еще и умудрилась обосрать очень многих хороших людей, банально испортив им жизнь и карьеры. Об этом тоже не стоит забывать – сделала она это безо всякой жалости! Даже удивительно, как поколение яппи великодушно простило ей все ее выходки. Но лично я с ней не знакома, а потому не могу и не имею права ее судить. Моя порно-икона – это Кимберли Кейн. О, да, это моя девочка!


А.Т.: Кстати, родители Трэйси Лордс из Украины. Ее настоящая фамилия — Кузьма.


С.Г.: Вау, правда? Круто! Может, мне тоже завести себе «одесскую бабушку»?


А.Т.: Всех одесских бабушек разобрал Сильвестр Сталлоне, Стивен Спилберг и Дэвид Копперфильд. Расскажи, что это за новый фильм, в котором ты снималась с Элайджей Вудом?


С.Г.: Это фильм испанского режиссера Начо Вигалондо «Открытые окна». Этакий коктейль из Хичкока, Брайана Де Пальмы и 12-ти различных видов камер, включая веб-камеры, мобильные телефоны, планшеты, 3D-камеры, камеры наружного наблюдения и камеры на спутниках. Я играю актрису — нет, не порноактрису — а Элайджа вроде как фанат этой актрисы и редактор ее неофициального сайта. Понемногу и я, и он оказываемся втянутыми в очень опасную и запутанную игру, из которой выйти можно либо мертвым, либо выигравшим.



А.Т.: И как тебе Фродо Бэггинс?


С.Г.: Он великолепен! Съемки с ним — это школа актерского мастерства. Я счастлива, что была ученицей в этой школе. Кстати, Элайджа Вуд тоже диджеит – у него страсть к берлинскому техно.


А.Т.: О, напомнила про Берлин, спасибо! Ты часто говоришь в своих интервью, что тебе очень нравится Берлин. Чем именно? Это кинематограф так повлиял на твое восприятие этого города? Фильмы Вендерса и Фассбиндера? Или, может, все же музыка — те же Einsturzende Neubauten?


С.Г.: О, да, я обожаю и Фассбиндера, и Вендерса, и берлинские альбомы Боуи, и Einsturzende Neubauten, но эти привязанности никогда не были причиной моего желания побывать в Берлине. Еще с юности этот город стоял первым в моем виш-листе тех мест, которые я хотела увидеть в Европе. И как только я оказалась в Берлине, я поняла, что меня можно спокойно записывать в его фанаты. Я была без ума от его архитектуры, этих брутальных и трагических городских пейзажей. В Берлине я кожей ощущала некую вибрацию, которая призывала заняться творчеством. Берлин – это удивительная смесь стилей, вкусов, национальностей и рас. Когда я там, то не испытываю страха показаться тупой американкой типа «Ой, я ни хера не понимаю», я спокойно могу общаться на английском, не чувствуя себя при этом ничтожным туристом. И еда – о, какая превосходная еда в Берлине! Я провела там около 4 дней с друзьями, просто гуляя по улицам. Но, думаю, мне предстоит еще не раз вернуться в этот город.



А.Т.: Ок, поговорим еще о музыке – в конце концов, ты приехала в Киев в первую очередь как диджей. Группа aTelecine, в которой ты поешь, играет мощный индастриал. Раньше музыканты, исповедующие индастриал, такие как Throbbing Gristle и Cabaret Voltaire, вдохновлялись итальянскими футуристами и советскими композиторами-авангардистами типа Скрябина или Авраамова. Кем вдохновлялись aTelecine, когда начинали? Front Line Assembly, Current 93 или кто-то еще?


С.Г.: На самом деле все, кого ты перечислил, включая Скрябина, вдохновляли нас в той или иной степени. Стоит еще добавить Stabbing Westward и Skinny Puppy. И, конечно, Coil - ведь это они научили нас экспериментировать. Их философия была простой – если при записи песни ты что-то случайно проебал, то не стирай запись, оставь все, как есть. Музыка не должна быть идеальной, ведь люди не идеальны, музыка тоже не должна быть такой. Просто продолжай делать то, что тебе нравится и, может, найдется кто-то еще, кому тоже это полюбится. Мы с aTelecine поступаем так же – нам не важно, будут нас слушать миллиарды или всего пару тысяч, но мы делаем ту музыку, которая нравится прежде всего нам самим. И мы знаем, что если человек слушает aTelecine, то только потому, что ему нравится наша музыка, а не потому, что мы используем какие-то маркетинговые трюки.


А.Т.: Но ведь твое участие в aTelecine можно тоже рассматривать как определенный маркетинговый трюк...


С.Г.: Поверь, из меня весьма скверная трюкачка. Сейчас нашу группу пригласили поучаствовать в записи трибьют-альбома моей любимой Нико на лейбле самого Дженезиса Пи-Орриджа. Компанию нам составят Марк Алмонд и бывшие участники Throbbing Gristle и Einsturzende Neubauten. Как ты думаешь, эти легендарные музыканты пригласили нас из-за того, что видели, как я трахаюсь сразу с десятком мужиков? Или все-таки потому, что уважают нас как музыкальную группу?


А.Т.: Помнишь песню «Битлз» A Hard Day's Night? Сегодня у тебя явно был трудный день. Чем собираешься разгонять усталость? Пару стаканов бурбона, пару джойнтов или пару комедий с Кэри Грантом?



С.Г.: It's been a hard day's night, And I've been working like a dog (смеется). Что я обычно делаю после тяжелого дня? Знаешь, горячая ванна считается лучшим способом снять усталость. Так вот - я никогда до нее не доползаю! Если я уставшая, то уставшая смертельно, поэтому у меня хватает сил лишь на то, чтоб доползти до кровати, улечься и смотреть фильмы. И совсем не обязательно с Кэри Грантом. И, возможно, даже отнюдь не комедии. Я не курю травку, но люблю пропустить стаканчик виски. Так что мой рецепт таков: умыть лицо, налить немного хорошего скотча и смотреть фильмы. И, черт возьми, после этого кошмарного путешествия из Одессы мне просто необходимо воспользоваться своим собственным рецептом!